Обретение счастья

девушка в поле пшенице Человек, оказывается, максимально освобожден от бремени собственной инициативы. Делать он должен только то, что скажет ему начальник, думать только так, как написано в постановлениях и монополизированных газетах, читать и смотреть только те книги, фильмы, спектакли, которые одобрены идеологическими отделами партийных комитетов.

Многие из поколения того времени говорят, что счастливы были тогда, что знали, куда идем, зачем трудимся, что был порядок, и не только в одном страхе (как теперь нередко утверждают) было дело, что действительно жить было куда радостней, чем сейчас. Да и песни того времени — замечательные песни 30-х — свидетельствуют об этом, а ведь песни — «душа» парода, их появление одним страхом не объяснишь. Что на это можно сказать? Американский писатель О. Хаксли в своем романе «О, дивный, чудный мир» описал общество, в котором, начиная от пробирок, где искусственно создаются дети, закладываются, нужны обществу генетические программы и па протяжении всей жизни люди получают четко выверенные управленцами дозы знаний, чувств, эмоций.

Порядок их воспитания, учебы, работы, развлечений, сна, интимной жизни работает идеально. Люди, живущие в этом обществе, тоже по-своему счастливы, но можно ли это назвать человеческим счастьем? Не случайно полно авторской иронии название романа. Ибо все-таки человеческим счастьем является, наверное, счастье быть личностью, т. е. счастье нести в себе суверенный, уникальный мир собственного незаменимого и неповторимого «я».

Но это не сытое розово-поросячье счастье жующего свою повседневную жвачку обывателя, а счастье, нанизанное на стержень внутренней дисгармонии личности, ее несовершенства, которое она преодолевает в постоянном, ежедневном своем подвиге, подвиге быть личностью. Это счастье обретения себя даже в тех условиях, когда гораздо проще быть «как все», в тех условиях, которые, казалось бы, делают все возможное, чтобы это обретение не состоялось.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

три + четыре =